1-я глава книги Андреева о раннеиндоевропейском языке: принципы анализа


> > Глава 1
Части речи: Глаголы | Прилагательные | Существительные | Числительные | Наречия | Местоимения | Предлоги | Частицы Аффиксы
Корни Долго​поль​ского:
ʔA | c | B | C | Cʔ | Ch | Chʔ | Cy | Cyʔ | D | Dl | Dz | Dzy | G | Gg | Gh | H | Hh | J | K | Kʔ | L | Lh | Ll | Ly
M | N | Ny | Nn | Ng | P | Pʔ | Q | Qʔ | R | Ry | S | Sh | Sy | T | Tʔ | Tl | Tlʔ | W X Y Z | | Zh
Реконструкции Иллич-Свитыча: ностратическо-русский | русско-ностратический | по темам | частицы и аффиксы
Словники Бомхарда: ! (ʔ) | ? (ʕ) | A (!- и ?-) | B | D, Dj, Dz | G, Gj, Gw | H | Kh, Kjh, Kwh, K', Kj', Kw' | L | M | N, Nj | Ph | Qh, Q', Qw' | R | S, Sj, Sw | Th, Tjh, T', Tj'; Tl', Tlh; Ts, Ts' | W | Y || по темам | подтверждено
Евразийский словарь Старостина: | | A | B | C, C' | Č, Č' | D, Dʷ | E | G | H, Hʷ | I | J | K | L | | M | N | Ń | Ŋ | O | P | Q | R | S | Š | T | U | V | W | X | Z | Ʒ | Ž | Ǯ

Обзоры праязыков-потомков: Афразийскийсемитским и египетским) | Дравидский | Индоевропейский (со славянским) | Картвельский | Нивхский | Урало-сибирский | Уральский | Эламский
Лексика праязыков-потомков: Афразийскаясемитской) | Индохеттская ( с балтийской и славянской )

Глава I. Принципы анализа. Страницы 270-277. Содержание первой главы:


Глава XI Семантические группы РИЕ корней 11.1. Семантическое поле наименований средств жизнеобеспечения К копцу бореальной эпохи в центр смыслового поля номинации средств жизнеобеспечения входили четыре корневые слова: P-X-«собирать пищу (лесные орехи, ягоды, съедобные коренья)»; Xy-Ghy- «извлекать рыбу из воды», «закол для ловли рыбы» (позднее, после выделения РИЕ ветви в самостоятельный праязык, семантика этого слова расширилась до «извлекать (вообще)», «вшытягивание», «изнутри», «из»); Y-Х- «охотиться (облавой, преследуя и загоняя, поражая с дальнего расстояния)»; X-D- «ловить добычу (ловушкой, сетью, добывая в непосредственном контакте)». У определенного выше центра семантического поля БП имелась общирная лексическая периферия, частью относившаяся ко всем видам средств жизнеобеспечения, частью связанная лишь с какимнибудь одним из них. К мультифакторной группе принадлежали еще четыре корневые слова: Xy-Y- «поход», «ходить (по ягоды, мна oxory, за рыбой)»; N-M- «добывать», «брать (в процессе собирательства, охоты, рыбной ловли)» (позднее, в ИЕ эпоху, это слово стало денотировать также отдачу от скотоводства и земледелия); Су-L-вудачливый (на промысле, в добычо, в улове)»; Bh-R- «прицести (собранное на промысле, рыбный улов, добычу с охоты)» (в PHE змачение дашной лексемы расширилось до «принести (вообще)», «нести»), Ty часть периферии рассматриваемого смыслового поля, которая была связана с собирательством, образовывали корневые слова G-Х- «ягоды», «собирать ягоды» (в РИЕ наметилось расширение от «ягода» K змачению «ком»); K-Xw- «орехи», «грызть» (в РИЕ пропзошщел сдвиг к семе «кусать»); W-R- «(съедобные) коренья» (в РИЕ обобщепо как «корень (всякий)»); Gy-W- «пробовать ца вкуе», «вкущать» (в РИЕ сместилось к «выбирать», ‹отбор»). Периферийпую лексику поля, заданную рыболовством, составляли корпевые слова P-Y- «рыба» и Gw-X- «прийти на берег (реки, озера)» (в РИЕ обобщентое до «прийти (куда бы то ни было)»). В равной море к охото и рыбной ловле относились К-Ху- «зацемить крюком (рыбу)», «поймать зверя (v силки)»; Ky-X- «бить остротой», «действовать рогатиной» (в PHE дацная протосома была сдвинута в сторону значения «сук», «соха»); Gh-Xy- «хватать добычу (подраненную, пытающуюся ускользнуть)». На чисто охотничьей периферии анадизируемого смыслового поля находились бореалъьные слова Ghw-N- «гнаться за зверем с собаками» (в РИЕ генерализованное дo «гнать», «бить», «убивать»), Ky-W- «собака» (позднее примкнувшее ко вновь возникшему классу денотатов пастьбы скота), Xw-S- «группа охотников» (PHE обобщил семантику этого слова до «вместе (o мужчинах)», «сов-местно»), Gw-L- «добывать на охоте с помощью метательного ору-дня» (сдвинутое в РИЕ к специализированному «жадить»), Ghw-Dh- «попасть в цель» (откуда РИЕ ‹«уничтожить»). К тому же кругу чисто охотничьей лексики, но с еще более частными значениями, принадлежали кориевые слова G-L- «птица» (в БП — только как предмет охоты, B РИЕ — и объект приручения); Kw-Xy- «подстерегать», «сидеть в охотничьей засаде»; S-Т-«поставленный на дне западим кол» (обобщено в РИЕ до «быть поставленным», «стоять (о чем угодно, о KOM угодно)»); Kw-Xw-«заостренпая палка». При эволюции от бореального к РИЕ праязыку произошло диахроническое расширение центра исследуемого семантического поля; в него вошли лексемы: P-Xw-, приобретшая в РИЕ значение «пасти»; Gw-Xw-, ставшая в РИЕ обозначением «говяда (т. е. Koров и быков)», но уже не как объекта охоты, а как главпого вида прирученного скота; Dh-N-, прододжавшая в РИЕ денотировать «пальник», но теперь не как следствие спонтанного лесного пожара, а как результат целеустремленной подсечно-огневой подготовкы участка к посеву; S-Xy-, подучившая в PUE звачение «сеять» в смысле сознательной деятольности землепашцев. Легко видеть, что во всех перечисленных смысловых переменах социофункциональным двигателем таковых было историческое развитие ИЕ племен, перепесших цептр тяжести своего жизнеобеспечения с охоты и собирательства на скотоводство и земледелис. Переход индоевропейцев к оседдости и появление у них мовых средств живнеобеспечения индуцировали не только днахроническое расширение центра поля, но и аналогичные процессы на его перифории. Так, бореальное L-Y- «прилипать», «оставаться» приобрело в РИЕ добавочный смысл «жить оседло», a у бореального Xy-S-, денотировавшего «огороженное стойбище», в РИЕ появились значения «постоянное место обитания», «обитать (в одном и том же месте»), причем в ПИЕ на этой базе возник абстрактный глагол-связка «быть». На развивающееся скотоводство указывают: появление у РИЕ корневого слова S-XW- новой базисной семы «приручение», a также вторичной семы «загонная ограда»; смысловой сдвиг в слове Ку-К- от «дикое стадо» к «стадо прирученного скота»; появление у корневого X-T- значения «сезонный (о пастьбе и пастбище)». сферу номцнации скотоводческих реадий оказались вовлеченными корцевые слова, ранее сиязанные с охотой: Xy-W- «возвращаться домой (прежде — из похода на промысел, теперь — с отгонных пастбищ)»; В-Ху- «овца», Ghy-R- «кабан», «свинья», Ху-Ку-«лошадь» — во всех трех случаях с подвижкой значения от объекта охоты к предмету одомашнивания и пастьбы. О появлении начатков вемледелия свидотельствуют: значение «копать», «лопата», развившееся у бореального L-Xw-; сема «всходы», «ростки» у Xw-R-; смысловой сдвиг в сторону «поливать» у Ghy-W-, Сюда же были подтянуты корневые слова, номинирующие помехи выращиванию овощей, плодов и злаков: К-Т- «засуха», «засыхать»; Kw-R- «черви (в плодах и овощах)»; M-W- «грызуны», «мыши (расхитители урожая)». Итак, смысловое поле наименования средств жизнеобеспечения в ходе эволюции от бореального праязыка к раннеиндоевропейскому претерпело существенные изменения: если в БП центром рассматриваемого семантического поля были обозначения реалий собирательства, охоты и рыбной ловли, то в РИЕ этот центр стал перемещаться к номинированию денотатов из области скотоводства и земледелия — включая переосмысления и семантические пореходы во многих из древних протосем. 11.2. Семантическая группа обозначений передачи и сохранения информации Первая часть данной группы состояла из корневых слов, Coмантика которых связана с человеческой речью. Смысловым центром здось было весьма архаичное Xy-Xw- «говорят», «слышно», «рассказывать»; сюда же примыкали: D-N- «язык (во рту)», «объяснять»; Y-K- «упрашивать», «словесно домогаться»; B-X- «говорить сердито», «браниться» (в РИЕ эта протосема стала несколько более размытой). Вторая часть группы номинирует виды сигнализации, которые либо пельзя однозначно отпести только к человеческой речи, либо вовсе не связаны с последней: G-Xw- «крик», «кричать»; Ghy-X- «пищащий», «звать»; Ky-N- «раковина», «гулко звучать», «трубить»; наконец, Kw-X-, в бореальном означавшее «кашлять», в PHE получило доподнательное значение «предупреждающее покашливалие», «сигнал к вниманию». В третью часть входят незвуковые средства сообщения информации: G-R- «делать памятные зарубки»; Gy-N- «памятный угловой залом ветки», «запоминание» (в PHE расширено до «знать (вообще)»); Ghy-Xw-, в РИЕ приобретшее добавочный смысл «сигнальные костры», «сигнальные дымы». Нетрудно видеть, что в целом семантическая группа, денотирующая способы передачи и сохранения информации, в РИЕ почти не изменилась по cpaвнению с ee же составом в предшествующую эпоху. 11.3. Семантический класс названий орудий труда и трудовых действий Древнейшим корневым словом описываемого класса явллется X-Xw- «широкий каменпый топор», «срубать дерево» (напомним, что ни в БП, ни в PHE не было оппозиции частей речи); ему семантически противостояли S-K- «средний каменный топор», ‹рубить дрова или хворост»; T-K- «узкое каменное тесло», «обтосывать»; Ky-S- «каменный нож», «резать». К этому центру смыслового класса примыкали следующие корневые слова: D-W- «пешня», «продалбливать» (в РИЕ eгo главной семой стало «разрубать)»; D-R- «колющее острие», ‹раздирать острым» (РИЕ сильно расширил это значение — до «действовать (любым орудием)»); Gh-R- «скребок», «обдирать острым скробком» (8 РИЕ — «сдирать (вообще)»); позднее в это подмножество, с приобретением дополнительного смысла «бить», «обивать», «обитый кремень», было включено РИЕ Ghw-N-. На периферии рассматриваемого класса находилась группа слов, обозначавших специальные виды диспарирующей обработки матернала: Xy-R- «отколоть (от камня)»; S-P- «отщенить (от куска дерева)»; P-W- «очистить», «просеять»; M-L- «раздробить на мелкие куски»; R-W- «проделать отверстие», «открыть»; Dh-Xw- «хвоя», «проткнуть»; T-R-, в РИЕ получившее добавочную сему «сверлить». До некоторой степени антонимичен предыдущим трем группам бореальный подкласс обозначений коллигирующих трудовых действий: Ghw-Y- «жила», «стягивать (жилами)»; Вh-N — «узел», «связывать (узлом)»; W-K- «снасть», «выделывать (оснастку)»; наиболее общее из всех Xw-P- «работа», «изготовлять (целое из частей)». Уже после обособления РИЕ праязыка произошли изменения, идвинувшие к данному подклассу три другие корневые слова: у Dh-X- развилось значение ‹изготовлять из лозы»; D-Xy- приобрело смысл «вязать (связывать колья и шкуры, сооружая переносное жилье; вязать венцы сруба для постоянного жилья)»; на базе обобщенного «ком» у G-Х- возникла сема «лепить». Наконец, еще в БП семантика слова X-W- — через промежуточные «пришлец, заслуживший остаться в племени», «трудом зарабатывать оставление в племени» — сдвинулась в сторону вторичлой семы «упорно paботать», «старательно трудиться». 11.4. Семантический ряд, номинирующий отношенил между людьми В суровых условиях бореальной эпохи, т. e. конца верхнего цалеолита, забота о воспроизводстве следующего поколения играла не меньшую роль, чем забота о средствах жизнеобеспечения; данное положение вещей оставалось в силе и на начальном этапе существования РИЕ праязыка. На эту роль недвусмысленно указывает ряд корневых слов таких, как Gу-Х- «сочетаться браком», «породниться (c другим родом)», Kw-T- «четогруппа (в cистиме брачных полуродов)», Х-М- «межгрупповой брак», далее - «родительская пара»; к несколько более позднему периоду начала становления парной семьи относится развитие у слова L-Xy-значения «супружеский». Различные фазы процесса генерации потомства отражены карповых словах Xw-D- «оплодотворение», «зачатие»; S-W-«беременная», «рожать». Эти два слова относились не только к человеку, тогда как последующие два имели сугубо антропоморфную семантику: Bh-Xw- «ребенок», «родить ребенка»; T-L- «благополучно выносить ребенка вплоть до родового ложа», «поднять новорожденного с родового ложа (тем самым признав его здоровым, похожим на родителей, принадлежащим к роду)». В РИЕ приязыке у Gy-N-возникла добавочная сема «познавшая», «родившая», «род»; у Xw-X- появилось значение «родильные воды», «порож-даты, «родовой»; эти инновации послужили причиной включения данных слов в смысловой центр поля. Женский пол обозначался с тонкой функциональной дифференциацией: М-Х- «мать»; Dh-W- «дочь», «девушка»; Gw-Ху- «взрослая женщина» (не обязательно мать); Y-N- «чужанка», «взятая замуж извне (из другого племени)»; X-S- «(все) замужние женщины нашего рода (способные иметь детей)» (в РИО эта сема была расширепа до обобщенного «(все, кто) нашего рода», «свои»). Резкий контраст рассмотренной выше дифференциации составляло обозначение мужского пола, представленное единственным словом X-N- «мужчина», «впереди идущий» (мужчины при всех передвижениях племени шли впереди женщин и детей). В то время как для «матери» и «дочери» в бореальном праязыке существовали самостоятельные корневые названия, ни «отец», ни «сын» не имели собственной прямой денотации: оба эти означаемые были номинированы гораздо позже, а именно РИО корпесложными образованиями (см. главу XII). Приведенные факты, взятые совокупно, указывают на то, что социум носителей БП характеризовался ясно выраженной матрилинейностью. Разграничение родов имело фундаментальную социобиологическую важность для говоривших на бореальное праязыке: человек отчетливо осознавал принадлежность к «нашему роду», N-Xw-, в процессе коммуникации противопоставляя его «вашему роду», Y-W-. Взаимоотношения между родами имели сугубо упорядоченный характер, вследствие чего второе из этих корневых слов значило также «(вашему роду) полагается по правилам» (откуда в дальнейшем «обычай», «порядок», «право», «закон»). Жизнь верхнепалеолитических собирателей и охотников была далека от идиллии: им приходилось не только преодолевать тяготы приледниковой экологии, но и отбиваться от хищных зверей, а также защищаться от вторжения враждебных кочующих племен. Поэтому совместные защитные и оборонительные действия членов племени, их боевое объединение играли весьма существенную роль, зафиксированную в бореальном слове К-Х- «обороняться сообща», «отражать неприятеля». Сюда примыкали частью своей семантики слова: Xw-S- «группа охотников», «действовать совместно»; Y-X-, получившее в РИО добавочную сему «загонная охота», «действовать при большом числе участников»; X-R-, у которого в РИЕ развилось дополнительное значение «объедитять надлежащим образом». Объединение людей для защитных действий требует некоторой организации; это отражено в бореальном N-Y- «вести за собой»; значение «командовать» развилось у РИО корневого слова Ку-X-; другие аспекты оборонительной организации представлены в T-Xw- снимание к незнакомому», «сидеть в стороженой засаде», Bh-W- «будить в момент опасности», «сторож». Семантика слова X-Y- «кидаться на врага», в БП также относившегося к рассматриваемой группе, в РИЕ сдвинулась - через промежуточное «защищать семью» - в сторону «(стараться) ради семьи». Наряду с описанными выше существовали иные аспекты внутриродовой организации, денотируемые корневыми словами: N-M-, одной из сем которого было «распределить поровну»; D-Xw-, означавшее «давать», «приносить жертвенную пищу умершим»; RХу-, получившее в РИО добавочный смысл «управлять», «управление». Периферию исследуемого семантического ряда составляли слова, денотирующие особые типы отношений между людьми: Xy-М- «делать одному», «в одиночку»; N-W- «новичок в деле»; M-Y- «обмениваться»; X-L- «заблудившийся», «чужого племени»; N-Ху- «нельзя», «отвергать»; X-W- «пришлец, оставленный в племени». 11. 5. Семантическая сфера денотации элементов ландшафта и климата Из ландшафтной лексики в бореальном праязыке обильнее всего и детальнее всего представлены корневые слова, так или иначе связанные с лесом: W-Y- «деревья»; Dh-X- «кустарник»; S-Xy-«густорослый самосев», «лесная чаша»; Ку-Х- «сук (с развилкой)»; W-R- «корень»; K-R- «кора»; Dh-Xw- «хвол»; D-Xу- взащитная хвойная загородка». Обзор этого ряда с полной очевидностью указывает, во-первых, на лесистый характер той местности, где жили племена, говорившие на БП, во-вторых, на присутствие хвойных пород в этих лесах. регулярном знакомстве с сильнопересеченной местностью свидетельствует наличие в БП таких слов, как Gw-R- «гора», «косогор»; K-L- «скала», «утес», «холм». Обращает на себя внимание лексика, индуцированная существованием болот и всего, что с ними связано: S-L- «болото»; К-М- «кочка»; G-Y- «комар»; G-X- «ягоды» (растущие на болоте и в сыром бору гораздо обильнее, чем в сухолесье). Реки занимали важное место в жизнеобеспечении носителей БП (см. 11.1); об этом говорит целая группа корневых слов: D-X- «река», «переплывать реку»; Xw-X-на другой берег» (реки или озера); Xw-L- «через реку», на той стороне»; Gw-X- «прийти на берег»; Xy-Ghy- «закол для ловли рыбы» (поставленный поперек реки); к этой группе примыкало и слово S-R- «родник» (источник ручья и реки). К периферийным элементам анализируемого ряда относились: R-W- воткрытое место»; Х-Т- страва»; Dh-N- «пальник». Суммируя данные ландшафтной лексики, отметим, что ареал обитания носителей исследуемого праязыка был преимущественно лесистоболотистым (с обилием рек), но отнюдь не только равнинным в нем имелись также предгорные субареалы. Климат западной Евразии эпохи конца вюрмско-валдайского оледенения был весьма суровым, и это напрямую отразилось в бореальном праязыке, по данным которого оппозиция времен года воспринималась его носителями как бинарная: Ghy-Y- означало зима», «снежное время»; Y-G- «лед», «замерзнуть»; Xw-W- «метель», «холод»; всему этому были противопоставлены Т-Х- «таять», «разлитие вод»; Gw-Y- «оживать после зимней спячки»; Gy-Xy-«распускающиеся почки дерева или куста». Корневых слов, которые обозначали бы специально «лето» или «осень», в БП не было; соответственные означающие появились гораздо позже, когда послеледниковый климат существенно потеплел, причем каждая из трех ветвей БП выработала свои производные формы для «лета» и «осени» независимо от двух других. Краткосрочные погодные перемены денотировались корневыми словами: Р-Ху- «ветер», «ненастье»; X y-W- в значении «укрываться от непогоды»; Ghw-Xy- «пройснеть», «ведро»; K-N- «жара», «засуха». Суточный цикл характеризовался не бинарной («день»/сночь»), а весьма своеобразной четверной оппозицией протосем: D-Y- «светлый день», «ясное небо»; N-Bh- «хмурый день», «небо в тучах»; L-X- «светлая ночь», «лунная ночь»; Xw-N- стемная ночь», «безлунная ночь»; в плане целевой установки деятельности собирателей и охотников функциональная эффективность такой двухпризнаковой оппозиции очевидна. Совокупность рассмотренных в данном разделе наименований компонентов экологии выразительна не только тем, что в ней есть, но и тем, чего в ней нет: в корнеслове БП полностью отсутствует лексика, денотирующая «пустыню» и «море», лексина, указывающая на что-либо, заданное жизнью в условиях пустынь и полупустынь, либо жизнью в условиях морского побережья. Осмысляя этот факт, нужно иметь в виду, что южная граница вюрмско-валдайского оледенения проходила через Центральную Европу, среднюю полосу России, наконец, ту часть Западно-Сибирской низменности, которая тянется от Урала до предгорий Алтая. Непосредственно к югу от этой границы в конце верхнего плейстоцена существовали леса (преимущественно хвойные), болота, реки, горы, но не было ни морей, ни пустынь, ни полупустынь, т. е. наличествовало все то, что денотировано в бореальном корнеслове, и отсутствовало именно то, для чего в нем не имелось названия. 11. 6. РИЕ праязык во времени и в пространстве Анализ системы протосем БП, выполненный в предыдущих разделах главы, позволяет датировать бореальную эпоху концом верхнего плейстоцена на геологической шкале концом верхнего палеолита на исторической линии общественного развития. Соответственно, время появления и начала самостоятельной эволюции РИЕ праязыка определяется геологически - как нижний срез голоцена, а общественно-исторически - как переходный процесс от верхнего палеолита к мезолиту и период раннего мезалита. В географическом плане ареал распространения бореального проязыка представляется простирающимся от Рейна до Алтая; при этом та часть бореальных племен, которая впоследствии обособилась как носитель алтайской ветви БП, кочевала между Уралом и Алтаем; другая часть, позднее превратившаяся в носителей уральской ветви, располагалась между Днепром и Уралом. Что же касается племен, языком которых со временем стал РИЕ праязык, то они находились между Рейном и Днепром, имея в центре широтную зону, охватывающую с юга и с севера западные и Восточные Карпаты. Так что для праязыка, вошедшего в историю науки под именем индоевропейского, в ту древнейшую пору его существования, о которой идет речь, в равной степени уместны два номенклатурные обозначения: с одной стороны, в диахроническом плане, этот праязык должен именоваться раннеиндоевропейский; с другой стороны, в ареально-лингвистическом плане, его можно называть карпатской ветвью бореального праязыка.


Словарь индо-урало-алтайского: Предисловие Гл.1 (принципы) | Гл.2 (корни QJ) Гл.3 (корни QH) Гл.4 (корни QQ) Гл.5 (корни JQ) Гл.6 (корни JH) Гл.7 (корни JJ) Гл.8 (корни HJ) Гл.9 (корни HQ) Гл.10 (корни HH) Гл.11 (семогруппы) Гл.12 (типоэволюция) Пр.1 (бор.-рус.) | Пр.2 (рус.-бор.) | Пр.3 (произв. лексемы) | Пр. 4 (реперториум) | Лит-ра
Родственное: Макросравнения | Ностратические языки | Ностратоведение | Праязыки

© «proto-nostratic.ru», Игорь Константинович Гаршин, 2012. Пишите письма (Письмо Игорю Константиновичу Гаршину).
Страница обновлена 09.05.2020
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика